«Нарковойны – 2004» или “Передел власти”

Глава первая.
Утро на гасиенде.
 

Утро заладилось. Дон Фальконэ стоял на веранде. Поглаживая свой животик и прихлебывая в меру холодное пивко, он наслаждался тихим и музыкальным пиликаньем местной фауны в разлохматых зарослях заброшенного сада старой гасиенды. По тенистым аллеям бродило заплутавшее эхо… — Мать, мать, мать, мать….

Утро и правда, было на диво тихим и мирным.
Мелодично журчал водой фонтан, в котором дон Шуравьи мыл запыленный Мерседес. Тихо сопел и хрустел красной черепицей, ползающий по крыше с пулеметом дон Во-ва. Где-то рядом, в недрах дома, раздавались приглушенные вопли, переходящие в ультразвук. Нет, кошку там заживо не готовили в микроволновке. Это проснулась дона Коматозо. А большую микроволновку, занимавшую пол кухни использовали для более серьезного дела чем развлечения, в режиме гриль, там просушивали Ганжубас. С кухни, выкатил огроменную тачку нагруженную пустыми бутылками из под текилы и грязной посудой дон Стиви, под присмотром подозрительно озирающегося по сторонам дона Питоньо. Никто не стрелял ни в кого из тяжелого оружия, не орал матерные итальянские частушки, не пытался поджечь все подряд с перепоя. Даже с заднего двора, не раздавалось как обычно, чьих либо жутких воплей, при попытке избавиться от вчерашнего ужина.

Давайте познакомимся с новыми жильцами этого славного особнячка. Ранее принадлежавшего, зажиточному рантье с дуру решившему сделать бизнес на кукурузе. И на ней же и разорившемуся. Здесь теперь живет… Семья дона Коматозо.
Дон Коматозо д’Альмавиа, д’Себасьтяно, д’Карузо, Эспиноса идальго.
Его жена: Дона Эстебана Коматозо д’Капуэрто, д’Эспиранса, д’Капирайто Эспиноса.
Его дочь: Дона Миранда-Эстебана Коматозо, д’Капуэрто, д’Эспиранса, д’Капирайто, д’Альмавиа, д’Себасьтяно, д’Карузо, д’Эспиноса идальго.

Благородные доны.
Дон Доннер. Телохранитель дона Коматозо. Таскаюший не снимая пинжак на 4 размера больше, но из за количества оружия под ним, вполне прилично на нем смотрящийся.
Дон Соловье. ОЧЕНЬ застенчивый и ЧРЕЗВЫЧАЙНО скромный…К тому же и тяжело вооруженный дон, личный телохранитель Донны Коматозы.
Дон Питоньо. Ворчливый и высокий. Бывший военный, поэтому сильно подозрительный ко всему, и ко всем дон, управляющий новым имением.
Дон Фальконэ. Или по нашему, дон Зиппо. Начальник охраны, полненький, жизнерадостный и очень пакостный дон. Как он получил такую голимую Юсовскую погремуху? Кто знает. Но толи за любовь все поджигать, толи за то, что когда Дона обычно доставала свой мундштук и вставляла в него длинную и тонкую ароматную сигарилку, он всегда оказывался рядом чтоб поднести ей огонька.
Дон Тяпонэ, старинный повар семьи Коматозо, умеющий готовить смертоносно вкусно и поэтому переживший много донов. Посему являющийся старейшим членом семьи.
Дон Фо-ма (ударение на — А), продвинутая и тюнингованая версия местного жителя, женившийся на дальней родственнице дона Тяпонэ, и взятый им помощником на камбуз. Очень пальцующий молодой дон, вечно пропадающий где-то с селянками.
Дон Шуравьи, водитель дона Коматозо. Высокий и стройный дон, любящий катать всю семью на семейном мерседесе.
Дон Стиви. Благородный боец клана Коматозо, вечно переживающий, что нет у него гранатомета…
Дон Ро-мата. Благородный боец клана Коматозо, вечно говорящий что он, в обще то не пьет и не ест эту гадость, но кончающий вечер как и все.
Дон Ульво. Пожилой дядя по материнской линии, шурина тестя, дона Коматозо.
Дон Хорон. Благородный боец клана Коматозо, не понимающий как он вообще тут оказался, но гордый, что это у него наконец таки получилось.
Дон Во-ва(ударение на — А), очень замороченный дон, любящий проводить время на крыше гасиенды с ручным пулеметом.
Дон, друг дона Во-ва(ударение на — А), молодой человек восторженной наружности, вечно шуршащий в кустах и поджидающий приходящих. И затем и пугающий их, выскакивая за их спиной с большим пистолетом.

В обще, стоит отметить, что семья Коматозо, это действительно Семья. Каждый член клана Коматозо, состоит в той или иной родственной связи друг с другом (а не то… , о чем вы подумали!).

Кто первый подал идею смотаться от настырных Федерастов и Фэберистов в эту пыльную Санта-Короче. Не помнил уже толком никто. Толи от того, что эту идею обмывали битый месяц. Толи от того, что затем пили еще месяц, прощаясь со старой гасиендой. А может из-за того, что когда приехали в эту дыру пристрелили того умника.
Какая в прочем разница? Раз мы уже здесь (как справедливо заметил сам Доно Коматозо).

В этой стране был полный бардак. То хунта, то дерьмократы, то еще кто-то, то еще куда-то.
В городке ближайшем к вилле, под прозвищем Альмавива, был бардак и того хужее. Три банды не могли поделить его меж собой. Банда Скорпионов, банда Картелья и банда Шерифа. Веселья в ихних разборках добавляла подрастающая шпана местные тинэйджеры, и Кабальерос – банда задиристых выскочек.
А для полного умопомешательства из столицы сюда в войсковую часть стоящую неподалеку, перевели боевого генерала Алехандро. И он от скуки и злости, натурально играл в солдатики. Благо их у него в подчинении было достаточно. Устраивал учения прямо где попало (или там, куда ткнется на карте стек после того, как его в нее кинут с криком: — А, катитесь вы…).
Короче каждый прел от жары и оттягивался всеми доступными средствами.
Перед нашим приездом в городке шла борьба за раздел власти между двумя наибольшими группировками, окончившаяся разгромом банды Скорпионов и смертью их главаря. И пальцы теперь больше всех, гнул какой-то Картель. Само собой в городке, где их местных мачо и до этого было не много, после всех этих разборок, не причастных к оным разборкам осталось кот наплакал. А причастных здорово поубыло. И ждать, что оне наплодятся от бурной Латино-американской любви враз и сразу, было глупо.
Сглаживало картину этого всеобщего и буйного умослетания, и остонавливало от взятия конечностей в охапку и быстрого убегания отсель, только одно. Ганжубас тут рос, аж четырьмя урожаями за сезон. Этим все и кормились.
Это было основным источником доходов практически всех жителей городка, возделывание плантаций и производство наркотиков. На что даже шериф не мог не закрывать глаза.
А ловля курьеров сбывающих партии готового товара привлекала еще и ЦРУшников и ФБРовцев из близлежащей СШАнии (куда и сбагривали все это добро). Они сюда ехали то ли в надежде сорвать баксов, которые тут никто не ценил, в стране в ходу были только песо последнего правительства, то ли попрактиковаться на кошечках.
Кстати о США. Недавно власти США получили официальное разрешение от последних местных властей на проведение полноценной полевой операции по борьбе с мафиозными структурами на территории Санта-Кроче.
После чего в Альмавиве, эти мучачос, просто обнаглели. В баре ходят смутные слухи о возможном появлении сил спецназа. Впрочем в это, никто не верит, как и в то, что нынешний президент пропрезидентит хотя б пол года.

Впрочем мы заговорились, политика политикой, а на веранду гасиенды наконец вышла великолепная донна Коматоза.
Все кто к тому времени сумел таки проснуться, как свирепые беговые тараканы Кобанго, прыснули по углам.
Ну, по тем, в коих было меньше таки наставлено пустых бутылок из под выпитой вчера Текилы.
Текила – это такая водка, только делают ее из местных кактусов. Видно и похмелье от нее такое бешенное, что делают из местных кактусов, а не из мексиканских, как принято во всем мире.
— Эй любезный?!
— Да мадам?!
— Вы сказали моему мужу, что эта дыра купленная по дешевке, была его самой крупной ошибкой?
— Конечно мадам!
Донна, приблизилась к мраморной лесенке ведущей в сад. И недоуменно стала разглядывать окрестности.
— ЗИППО!
— Здесь мадам!
— Это что за гадость вы устроили в саду?
— Где мадам?
— Вон там, у платана!
— Это не платан мадам, это пальма!
— Ах, какая разница! Что за гадость там у вас огорожена?
— Ганжубас донна!
— Опять? Вы пятьсот акров им засадили и еще теперь в саду?
— Его цветение успокаивает Дона после бесед с вами мадам…
— Ах вот так?
Она щелкнула пальцами, чтоб принесли что ни будь прохладительное. Затем возлегла на шезлонг стоявший тут же рядом и достала свой длинный мундштук.
— Что у нас нового?
— Да как сказать донна…
Замялся дон Фальконэ, поджигая сигарилку донны.
Донна Коматозо обиженно поджала губы и выложила на край столика рядом со своим шезлонгом вынутую из за корсета маленькую берету.
Дон Фальконэ икнул и тут же выпалил.
— Ваша дочь еще не возвращалась из города…
— Мерзавка… В смысле, молодежь, гармоны…
— Ээээээээээ
Сказал дон Фальконэ и сделал неопределенный жест рукой.
— Кстати, кто мне скажет, что делают вон там на крыше какие то люди? Как только выхожу там постоянно что то поблескивает.
Мадам ткнула мундштуком с тлеющей сигариллой в направлении еле виднеющейся за дальними деревьями крыши.
— солдаты мадам.
Подал голос кто то из прятавшихся по углам обширной веранды плавно переходящей в терассу.
— И что они там делают, эти солдаты?
— Смотрят донна.
— Куда смотрят?
— На женщину мадам, гы…
Последнюю реплику явно подал дон Ульво, записной шутник и грубиян.
Мадам подозрительно окинула окрестности взглядом слегка приподняв солнцезащитные очки.
— На какую?
Ответом была очень красноречивая тишина.
Дон Питоньо с солдатской прямолинейностью попытался навести мадам на цель.
— Донна, они простые крепкие деревенские парни. А в казарме донна, оно без женщин очень тоскливо. А с крыши аккурат нашу гасиенду и видать.
— Да как у них глаза не повылазят!?
Мадам возмущенно выпустила клуб ароматного дыма и более картинно сложила на шезлонге свои длинные стройные ноги.
— Дык они для этого очки и надевают. На резинках мадам. Чтоб не выпадали.
— Хамы !!!
— Деревенские, мадам.
— Деревенские хамы!
Все облегченно вздохнули. Донна, была в хорошем расположении духа.
— Кстати о деревне. Скажите шоферу, что мы туда поедем! Моя дочь не ночевала дома. Я волнуюсь.
Донна достала косметичку и преложив в ней мешающийся Десерт Игл, достала маленькое зеркальце, чтоб оценить, не сбился ли макияж.

Мадам по причине хорошего настроения собралась мигом. Где-то через час или два, она уже поставила весь дом на рога, а дон Шуравьи подогнал к центральному крыльцу Мерседес. Семья вышла проводить хозяйку.
Мадам была как всегда великолепна, и по пути до машины успела еще выдать пару напоминаний приказаний и замечаний.

— Дорогой здесь ужасный климат для моей крокодиловой сумочки!
— Тяпонэ, перестаньте класть в мой ленч не порезанные красные перцы и поливать его кетчупом!
— Соловье, ваш торчащий из под полы автомат задирает мое платье! Станьте с боку!
— Питоньо уберите немытую посуду в угол двора, машина не проедет!
— Стиви, лапочка, кончай ковырять в носу стволом! Это не модно.
— Ро-мата, там в моей спальне летает комар. Нет, пожалуй два. Позаботься чтоб их там не было к моему приезду… И не надо искать их в шкафу с нижним бельем как в прошлый раз!
— Хорон не трите выхлопную трубу своей грязной сорочкой!
ИТД ИТП
Наконец она уселась на задний диван машины .
Дон Коматозо провожавший супругу поинтересовался .
— Когда вас ждать дорогая, вы не задержитесь?
— Нет! Я хочу попасть домой сегодня, а не завтра, как вчера!
И машина тронулась со двора.
Все облегченно вздохнули (дон Коматозо один раз, все остальные дважды).

(Написано по мотивам материалов допросов… Продолжение следует…)

 

Кончились радости — началися гадости… (или Глава вторая)

 

Едва донна покинула гасиенду. У ее порога стали появляться гости. Парочками и по одиночке. В воздухе запахло жаренным.
Толи день сегодня был такой, что припекало больше чем обычно, толи на кухне Тяпонэ заладил что-то вкусненькое готовить.
Гости к дону Коматозо валили толпой. Валили и в гости, и все, что смогли затоптать в саду. Даже не смотря на честные предупреждения развешенные господином Питоньо управляющим гасиендой, на всех заборах вокруг нее.
— Внимание мины!
— Охраняется бешенным ежиком!
— Федерастам и ФБРастам не входить!
— Данжер (прочие опасности)!
Кстати о минах, их постоянно приходилось проверять, деревенские их воровали и распилив пополам делали из них миски. Кому из деревенских доставалась часть с детонатором, было видно по снесенной крыше хаты.

Гости были тоже перегретые по дефаульту, а некоторые и больше.
Какой то деревенский кретин приволок в подарок отрезанную неумытую голову крестьянина. Видно думал, что мы приверженцы каннибализма. Его попинали и отпустили, повесив голову на веранде.
Второй недоумок приволок огроменный мешок подтухших рыбных палочек производства “АОО Урюпинск Рыбпотребсоюз” и они долго воняли на столе пока их не съел какой то наиболее голодный гость.
Заглянул в гости даже генерал Алехандро, очень милый человек. В ладно сидящей униформе расцветки “Пятнистый прелый Ганжубас”.
Его любимой присказкой, когда он здоровался было
— Мы вас еще не расстреляли? Ну в следующий раз…
Обаятельнейший и внушающий мужичище! Весь в боевых шрамах, медальках, и затянутый в полную боевую экипировку. Идя по дому, посшибал длинным стволом своего автомата, все вазы и статуи в коридорах по пути в кабинет Дона.
Сержант его сопровождавший, спер заначенный охраной косяк ганжубаса и пару одичавших куриц метавшихся по двору (дон Питоньо их использовал для травли диких кротов пытающихся копать под ганжубас в саду). Они были безумны и яростны, и в руки не давались до последнего. Но сержант был еще более диким и яростным, да и к тому же в каске и броне жилете. Посему и не пострадал когда их ловил. Последнему очень порадовалась внешняя охрана, так как от этих психанутых куриц, когда они были голодны, приходилось спасаться влезая на забор.

Самым неприятным, оказался какой то недоумок протащивший мимо охраны пистолет. Незнаем, что там ему сказал Бос, но он начал палить во все вокруг себя. Слава богу в дона Коматозо, он не попал.
Но когда его уже выкидывали за ворота. Пара шальных пуль настигла дона Питоньо и дона Стиви пытающихся с помощью пожарного брансбойта и бочки ФЭРЫ-УЛЬТРА-МК-2 отмыть хотя б часть грязной посуды сваленной там.

Их с ранами и тяжелыми увечьями нанесенными осколками от побившейся посуды, отвезли в город в больницу. При этом дону Питоньо пришлось хуже всего. Так как не денег, не документов, у него отродясь не было, а жил он на то, что сам сопрет из гасиенды.
(Дон Коматозо справедливо рассудил. Завхозу платить не стоит. Все равно, он наворует больше чем сможешь дать…)
Очень милая врачиха донна Кар-мэн, умотала его с ног до головы бинтами и положила в крайнюю палату. Дон Питоньо провалялся там на леднике, до тех пор пока не окоченел окончательно.
Поговорить там было не с кем. Рядом хладел какой-то поц с биркой на синем пальце правой ноги. Слева потерявший голову дон. Короче скукатень. Питоньо затосковав, попросился назад на гасиенду.
Его немного попользовала во все места всякими шприцами и клистерами донна Кар-мэн, и отпустила страдальца. Предупредив, что справа по коридору полицейский участок.
-Туда не ходи. Там тебя шериф, опа…
Так же сказала, что не стоит идти не имея тугамент через город.
-Туда не ходи. Там тебя ФБР, опа…
Так же сказала, что не стоит идти направо через город.
-Туда не ходи. Там тебя Бандиты, опа…
Так же сказала, что не стоит идти налево через город мимо патруля.
-Туда не ходи. Там тебя Тигрейрос, опа…
Питоньо сказал
— Ну и ладушки…
За что получил еще клистер и по мордам.
Короче пришлось ломится через черный ход и обходить весь этот гадкий городок набитый “Опниками” вокруг, по буеракам и перелезая через заборы, это при всех то ранах и клистерах. Да и при том, что Питоньо был уже не молодой задорный хлопчик ломящийся как бычок на случку…
На гасиенду он приполз весь изодранный, весь как ежик в колючках от кактусов, со сбитыми ногами и кулаками. Охрана, его даже было чуть не пристрелила со страху. Но опомнилась, когда он заревел что назначит их мыть посуду!
Ко всем прочим неприятностям из города вернулась донна, и закатила скандал. Нет, ну скандал с битьем посуды, и морд подвернувшихся под руку донов, было делом обычным. Просто ну не все же сразу то!

Когда перевалило за полдень к нам зачастили ФБРцы. Что они хотели не знал никто, но вели себя нагло и разнузданно. Когда у одного из них, уже в серьез зашуганная охрана, попыталась отнять заначеный пистолет, они открыли пальбу.
В перестрелке смертью геройского идиота погиб дон Хорон. Благородный боец клана Коматозо, так и не понявший как он вообще тут оказался, но гордый посмертно, что это у него наконец таки получилось.
После этого на гасиенду нагрянула целая шобла полицейских, всех подряд и по очереди, повязали и повели в полицейский участок.
Единственно кого не тронули была Донна. Но тут, даже полицейские видно сообразили, что ее арестовывать – себе дороже станет.
В городе это произвело настоящий фурор, когда по всем улицам пять раз, до полицейского участка провели строем весь клан Коматозо. Толи полицейские глумились, толи это была кольцевая, но таки наконец всех распихали по камерам.
В тюрьме было довольно весело.
Кого-то жутко колотили, и он завывал дурным голосом
— Сатрапы! Свободу рабыне Изауре!
По коридору шлялся чем-то озабоченный бармен. Его быстренько тоже поймали до кучи. Шериф приказал его от…ээээ… колотить и выкинуть вон.
Дон Во-ва начал пилочкой для ногтей пилить толстенную металическую дверь камеры. Это сильно огорчило шерифа Рэтэ д’Звездак. Он ему прострелил ногу и приказал поколотить. За порчу тюремного имущества.
Дон Питоньо и дон Ульво, сидевшие в одном застенке. Гадали заначеный кроссворд на эротические темы и промеж делом ковыряли стену найденной вилкой. Иногда их отвлекали просачивающиеся сквозь стену к ним, всякие “духи”, один из них очень похожий на дона-сержанта из “Тигрейрос” Портоса, даже угостил пивом.
Когда они уже проковыряли путь на свободу. И привесив на остатки вилки бумажку с надписью “Ушли в подкоп будем позже”, и собрались восвояси… Двери заскрипели и всех пинками выгнали из участка.
Пол города собралось возле участка и каждый уверял, что это он помог освободить уважаемых его гостей.

Конечно дон Коматозо, повел своих людей в кабак, и мы отметили свое освобождение. Подозрительно знакомый, поперек себя широкий душой дон Фишманелло, намутил всем по коктейлю. Что в нем было, никто не понял. Но было здорово. Особенно когда отрыжка шла ртом при прикуренной сигарете, огонь вырывался анатуражно, как у дракона на старинной гравюре…
Дон Ульво, правда заметил, что керосина в коктейль налили маловато. Но по такой жаре и так было нормально.
Тем временем мимо кабака, в застенок инквизиции, федерасты и ФБРисты проволокли дона Тяпонэ. Которого наконец таки схватили. Кое кто, было порадовался что вот и конец нашим страданиям, но затем смекнул, что готовить кроме Тяпонэ никто ваааще не умеет, и стал переживать за него.
Буквально через несколько минут весь город уже стоял на ушах, потому как Тяпонэ кого-то там взял в заложники прямо в застенке.
(уже позже мы узнали что докторша, проникшаяся к нам симпатией. Принесла ему пистолет, наверно чтоб не мучился. А он ее, тут же и взял заложником… мда…)
В перестрелке наш доблестный Тяпонэ, был убит, наверно не знающим что такое “вендетта по корсикански”, помощником шерифа Димонэ д’Гаичелло.
Выпив за упокой, мы вернулись на гасиенду.
На гасиенде было пусто. Битая немытая посуда, горами тут и там. Ветер гоняющий по мрамору полов мелодично позвякивающие стрелянные гильзы. Всюду расставлены бутылки из под текилы с торчащими в них ароматными свечами, или набитые вонючими окурками.
Запустение.
Обойдя помещения и не обнаружив донну, благородные доны тяпнули еще по рюмашке.
Но тут приехал с очередной селянкой дон Фо-ма, и сообщил, что видал неподалеку от базы Тигрейрос прячущегося в кустах дона Зиппо.
Кайф был обломан. Ибо, Зиппо от донны, далеко не убредает.
И правда, вскоре на гасиенду прибежали запыхавшийся дон Зиппо и дон Стиви. Зиппо доложил:
— значит так…. В то время когда мы с Шурави меняли косяки на кокс у Скорпионов. Пришла их донна и сказала, что слышала выстрелы в районе виллы дона Коматозо. Мы не придали этому значения. Ну блин тут дело а баба с какими то россказнями… После обмена, ко мне подошел солдат и за 50 песо сказал…
Что семья схвачена, сидит в полицейском участке. И нас тоже ищут и из города не выпустят. Мы не поверили и поехали проверять, но наткнулись на патруль, который сходу взял нас на мушку. Только отчаянный шаг Шуравьи (быстро и назад), когда я закричал дурным голосом спас нас. Он быстро развернулся и мы поехали обратно к Скорпионам. Бросив у них машину Шурави с улыбкой достал из багажника бааальшой пулемет, а мне всучил м4…А дальше мы огородами и буераками бежали к вилле… Там в траве нас поначалу остановили чьи то душераздирающие стоны. Услышав стоны мы подумали, что пытают Тяпонэ. Но нет это пытался умереть от горя и ран благородный дон Ро-мата.
Он и рассказал остальное, ЧТО:
— Как только почти всех увели полицаи, прямо вслед, пришли ФБРасты и искали донью. Но видно попутав его с ней уволокли с кухни дона Тяпонэ.
После этого, перевязав дона Ромато, все кто еще остался из наших, схватили донну Комотозо, и закинули в машину. И последующие пол часа накидывали поверх нее все оружие, ну что смогли найти в арсенале.
Из под горы найденного оружия, были видны только ее большие и прекрасные, выпученные со страха, глаза.
Донна, не переносила оружия.
Авто просело днищем на землю, и как на зло, не захотело заводится. Решили убегать от греха подальше как есть, то есть пешком.
Пришлось часть оружия бросить здесь, а взять только то, что смогли навесить на донну. С расчетом чтоб она еще могла стоять.
Донна была великолепна.
С большими красивыми глазами, горой оружия и двумя раненными висящими доннами по бокам.
С боков ее обвешивали раненые дон Соловье и дон Ромато. Кто то сказал, что мы лучше её сами того… Ну или, пристрелим, чем отдадим на надругание грязным мучачос, и она все это гордо донесла до базы Тигрейрос.
Вот таким образом и приползли к базе Тигрейрос. С расчетом, что Дон Женераль Мужик Кавалер Алехандро, сможет отстоять, если что, честь несчастной женщины.
А сами втопили до деревни, штурмовать тюрьму. Когда в нее уже пару раз саданули из ручных гранатометов, выяснилось, что мы оттеда выпущены. И чертыхающимся “спасателям” пришлось волочь всю взятую с собой груду оружия обратно.

Смеркалось. Из города вернулся поддатый и угрюмый дон Коматозо.
Вслед за ним пришло два каких то поца, под стволами в висок, один из них признался, что он племянник Тяпонэ.
Тяпонэ младший жутко кидал пальцы. Питоньо ему конечно верил. Но не мог никак решить. Пристрелить его за упертый в прошлом году из заначки ганжубас, или таки признать родственничка кореша.
Особо не в пользу Тяпоне младшего еще было и то, что дон Тяпонэ младший, жарить пельмени совершенно не умел, а все остальное готовил и того хуже.

(Написано по мотивам материалов допросов… Продолжение следует…)

 

ПЕРЕВОРОТ
(или Глава третья)

 

Ко всем прочим гадостям в городе пошел полный безпридел. Бравые полицаи хватали кого попадя. Не стесняясь особо в средствах. Одному солдатику приписали находку пакета с двумя килограммами наркотика прямо в зашитом кармане штанов. Казино так и вообще раз пять арестовывали полным составом, просто закидав паки ганжубаса через окна. Федерасты и ФБРасты не отставали от полицаев и палили во все, что движется, что не движется подталкивали. К нам зачастили представители “обиженного” меньшинства прося помощи в обуздании безпридельщиков. Еще через некоторое время в городе стали раздаваться длинные автоматные очереди и взрывы гранат. К нам прибежали перепуганные Скорпионы и оне рассказали ЧТО:
— Дон генерал Алехандро, поглядев на этот бордель, тоже озверел. И навел порядок. Ну, так как он его (порядок) видел. Перестрелял всю полицию и ФБРастов. Затем поставил на кажном углу танки, для эстетического равновесия навешал колючей проволоки и расставил патрули. Сказал также, что кто пукнет не ровно – сам себе федерасть, и того расстреляют. Плюнул. И свалил себе на базу.

Дон Коматозо вместе с Скорпионами куда то свалил. Видно посмотреть на революцию. А буквально через пару минут пришел рассерженный дон генерал Алехандро (он к нам завернул по пути из города). Дон Питоньо собравшийся сходить по маленькому и нарвавшийся на него, понял, что сходил заодно и по большому. Дон генерал очень строго попросил дона Питоньо оставшегося за старшего найти дона Коматозо. Желательно за час. Иначе, он (дон бригадный генерал Алехандро), за себя не ручается… Видно Донна Коматоза гостившая на его базе, его достала еще больше чем все вместе Федерасты и ФБРасты в городе…

Уходя солдаты пристрелили дона Во-ва и его друга которые переоделись в камуфло и косили под наемников.

Искать дона Коматозо отправили дона Стиви. За одно, так на всякий случай, тут же выпили за упокой его души. Помогло. Он, вернулся живой. Все были потрясены героическим решением боса идти выручать свою супругу из когтей льва. За одно, так на всякий случай, тут же выпили за упокой его души. К нам на виллу, как на островок спокойствия посреди буйно помешавшегося пространства, стеклись еще оставшиеся в живых неприкаянные персонажи типа Бабочколова и почтальона. Доны разобрали арсенал и засели в глухую оборону. Стемнело совсем. С болот потянулись наглые комары, размером с кулак, крыльями как пропеллер вертолета и носами как отбойный молоток. Время шло, а не Донны, не Дона не было… Дон Тяпонэ-младший (как полный отморозок и наиболее юный и без башенный персонаж), предложил следующее:
— Берем, банк, почту, телеграф. Затем штурмуем казармы Монкада. И, Вива ля Куба…
Его немного охладили.
— Банка в этом тьмузадрищенске отродясь небыло…
— Почту сожгли еще в прошлом году.
— Телеграф уже восемь лет как строят…
— Насчет казармы…надо серьезно обдумать… А ну как, нам там накладут?
— НО…
— Еще остался не раздолбанным кабак!
Еще немного поспорив, решили все же сделать хоть что-то…
Дон Шуравье подогнал к гасиенде Мерседес и в него сели:
— Дон Шуравье с M4A1
— Дон Дон Тяпонэ-младший с M16A2
— Дон Питоньо с M16A4
— Дон Стиви с HK33 (но к сожалению всего с 1 м магазином патрон)
— И кто то из гостей боящийся один идти в город (но не подумавший что будет если машину обстреляют)
У выезда с гасиенды немного притормозили. И целые четверть минуты думали, что важнее отбивать у Тигрейрос Дона, или захватить кабак? Выбрали кабак. В город ворвались ожидая засад и стрельбы из всех щелей. В городе было подозрительно тихо. Машину бросили за кабаком и дон Тяпонэ-младший с доном Шуравье стали красться под окнами к двери. Дон Стиви взял под прицел двери полицейского участка. Дон Питоньо стоя за пределами падающего из выбитых окон света, пользуясь тем, что из ярко освещенного помещения его никто не видит, держал под прицелом внутреннее пространство кабака. Тяпонэ споткнулся, об какой то выкинутый в окно чайник, и не анатуражно им загремел на всю вселенную. Пока те кто были в кабаке бросились смотреть, кто там под окном шарится (и подставили себя, даже те кого он не приметил, прямо под прицел дона Питоньо). Дон Тяпонэ-младший молниеносно пробежав за угол на корачках, ворвался внутрь уложив находящегося там вооруженного солдата. Кабак был взят под контроль. Это не смог изменить даже пальнувший ему в ногу из старинной дедовской пистоли дон Фишманелло. Доны Питоньо и Стиви прошли с опаской до хазы Скорпионов. Там был дон Фо-Ма со своей Селянкой, и прочие Скорпионы, всего с двумя стволами. Доны проводили их до полицейского участка. В нем был всего одын одинокий Тигрейрос и Скорпионы вместе с ним там и окопались. Город был теперь фактически под контролем клана Коматозо, ибо его бойцы были наиболее тяжело вооружены. Вот только зачем, никто толком не понимал. Дон Стиви и Питоньо, немного почесав в затылке, отправились взад на гасиенду. Поскольку делать тут было просто нефинг. На гасиенде их ожидала приятная неожиданность в лице Дона Коматозо и его второй ненаглядной половины. Дон Коматозо услышав о подвигах своих бойцов, восхищенно сказал:
— Б…ть, ну и на..я?! А ну, пошли…
И взяв вместо пропавшего в дебрях травы телохранителя, дона Питоньо, направился в город. Та еще прогулочка была. Кругом не добитые федерасты, где-то шаряться Картельщики, объявлено военное положение и всех кого заметят с оружием могут шлепнуть, а мы они ночью по дороге в город… Короче дошли.
Зашли в кабак, так как тут тем временем собрались все кто смог выжить. И не успели квакнуть по первой, как тут то всех и настигли проснувшиеся наконец вояки, во главе с генералом Алехандро. Тяпонэ-младший и пикнуть не успел, как его заковали в наручники. Разоружать остальных просто было незачем. Тяпонэ это делал еще при входе в кабак. Из примечательных событий конца этого вечера-ночи, было всего два. Какой-то отморозок решил травануть Шуравье. Еще, Тяпонэ договорившийся с солдатами, которые понимали что служба службой, а “вендетта” это святое. Позволили ему при помощи Питоньо стянуть из кучи оружия нож и “пописать” полицейского убившего дядю. Тяпонэ таки расстреляли. И солдаты матерясь и плюясь пошли спать. Но мы тусовались там до тех пор пока генерал Алехандро, не увел сержанта Портоса вознамерившегося уничтожить все спиртное в кабаке.

Перед тем как лечь спать, пили дольше, чем обычно. Решали параллельно три вопроса.
— Нахрена нам, это все сдалось? Не свалить-ли?
— Что делать с баблом, доларей дофига, а песо …..
— Не мочкануть ли на прощание Картель, который все это время отсиживался в стороне, и делал нам пакости?
Допили и решили более плотно обсудить это с утра. Легли спать с оружием на готове.

Утром похмелялись и пристреливали оружие по раздолбанному вчера туалету. Посуду никто не мыл, так было пакостно на душе. Даже донна Коматоза взяла в руки винтовку и разнесла в пыль фаянс в кабине с литерой Ж (жонтельмен). Она и решила возглавить поход на мерзавцев из Кортелю.
Всех подвел дух дона Во-Ва. Он начал под конец палить из пулемета с крыши и видно шмальнул раз дцать по проходящему мимо патрулю Тигрейрос(именно они расстреляли его бренное тело). Те лежа под обстрелом вызвали подкрепление. Гасиенду обложили, и всех, включая донну Коматозу разоружили и по арестовали. Причем за обстрел, или за попытку впарить им партию ганжубаса и сами толком не поняли. На свободе остался только дон Коматозо.
Отвели их всех не в тюрьму города, а в карцер казармы. Там жуткого вида врач изувер, долго раскладывал на металлическом столе орудия пыток поясняя их назначение… И для примера совершил с доном Шуравье противоестественный акт. Многие донны видя это и слыша жуткие его вопли не выдержали и кричали кричали:
— Зольдатен! Может обойдемся без жестокостей? Просто забейте нас прикладами!
— Мама! Я пойду в армию!
— Пристрелите меня! Только не в федерасты!
Донне Коматозо пришлось тоже плохо. Над ней попытались надругаться всей казармой (даже лица женского состояния)… Чем это окончилось не понятно (история умалчивает)…
Так как она, вернулась домой одна. Изрядно измятая, но с гордо поднятой головой и победно торчащим в углу рта мундштуком с дымящейся сигорилкой.

Дом с приведениями.

Гасиенда пустовала.
На веранде сидели и курили дон Коматозо и Донна Коматозо.
В тени веранды маялся мерно стуча каблуками по мрамору, дон Доннер, которого донимали какие то голоса внутри головы. Наконец он не выдержал:
— Бос, они здесь!
— Кто они Доннер?
— Наши люди!
— Не мели чепухи, ты как Питоньо стал, тому тоже федерасты под каждым кустом мерещились! Теперь эту виллу лет десять надо разминировать.
— Бос, я не шучу!
— Да дорогой, у меня такое впечатление, что меня кто то трогает! И голоса…
— Маньяки! Я с вами сам с ума сойду!
Дон взял стоящую у шезлонга бутыль текилы и отхлебывая из горла пошел во двор.
— Возьми деньги, пойду выведу из гаража машину.
— А мои платья?
— Какие к дьяволу платья? Ноги надо делать!
Пока дон Коматозо возился заправляя машину с веранды раздавались приглушенные голоса. Дон морщился. Наверно его благоверная, как всегда пилила последнего оставшегося дона. Пытаясь вместе с деньгами из сейфа выгрести все тряпки и цацки из дома… Идти и разнимать их не хотелось. Он посигналил чтоб они поторопились. Но тут его встревожил хлопок выстрела.
Когда дон Коматозо вбежал на веранду он увидел следующее.
Трясущуюся в истерике супругу и тело дона Доннера. Он явно сам застрелился.
— Да какого?!
И тут на грани суха, чуть превышая шелест листвы в саду, он услышал голоса своих людей.
— Ну чего Доннер, полегчало?
— Ато.
— Питоньо не лакай из бутылки, ато то что выпил висит в воздухе!
— Дайте ка я похлопаю по плечу Боса, гы…
— Смотри у донны рожа то как посинела, даже шпаклевка не скрывает!
— Ульво старый козел, нельзя так о даме!
— Сам козел!
— Не козел, а дух!
— Гыыыы. Гаааа , уууу Хе…
Когда супруги в Мерседесе подняли колесами пыль уже за воротами гасиенды, у них в ушах еще звучала перебранка и дружный смех донов…

 


RDL_python [ЛОСИ]